http://www.ej.ru/?a=note&id=10580
стоит вспомнить историю еще одного памятника всемирного значения — Херсонеса Таврического. «Главное несчастье Херсонеса — это существование на его территории монастыря. Состоящего по обыкновению из подбора грубых, неграмотных, ничего не делающих, ни к чему не пригодных людей. По высочайшему повелению этот монастырь был обречен на постепенное и правильное вымирание, так как ему запрещалось без разрешения археологической царской комиссии возводить какие-либо постройки. (…) Монахи уничтожают акрополь древнего города… Для того, чтобы Россия могла гордиться своей Помпеей, необходимо поспешить спасти то, что еще осталось, и принять серьезные меры к охранению всего необходимого (…) Повелите, Государь, и спасите». Так заканчивается письмо графини Уваровой к Николаю II от 6 октября 1902 года. Оно в общих чертах отражает те принципы, по которым в царской России, где церковь и государство составляли одно целое, решалась проблема конфликта между интересами церкви и охраной культурных ценностей. Деятельность церкви контролировалась соответствующим «столом» консистории и археологической комиссией, и если контроль оказывался недостаточным, в дело могли вмешаться другие силы — общественность, ученые и сам император, как это имело место в случае с Херсонесом. В 1902 году просьба графини Уваровой (которая была председателем Московской археологической комиссии) была удовлетворена, однако братия успела застроить центр древнего города, включающий греческий, римский и византийский археологические пласты. В наши дни угроза разрушения уникального памятника вновь актуальна: не так давно возрожденный Свято-Владимирский монастырь заявил свои права на территорию «русской Трои». Митрополит симферопольский и крымский УПЦ МП Лазарь в письме Виктору Януковичу просит «содействия в благом деле» — кроме возвращенных Свято-Владимирского собора, храма Семи мучеников и других строений он желает заполучить для монастыря также и территорию заповедника.
История возвращается на круги своя. Однако ситуация вечно повторяться не может, поскольку каждый такой виток может оказаться последним для уникального объекта, внесенного Фондом мирового наследия (GHF) в список памятников, находящихся на грани исчезновения.