И вот еще мемуары Крылова на эту тему, читайте подробно с самого начала:
http://militera.lib.ru/memo/russian/krylov1/03.html"Путь основных сил армии оказался в конечном счете тоже далеко не прямым и гораздо более долгим, чем представлялось вначале. Маршрут
95, 25 и 172-й дивизий складывался под воздействием изменяющейся обстановки. Но определение этого маршрута, все вносимые в него поправки диктовались одним стремлением — быстрее выйти к Севастополю.
Уже на марше удалось связаться с командованием войск Крыма. Оттуда было получено краткое боевое распоряжение генералу Петрову, подписанное в 11 часов 25 минут 1 ноября заместителем командующего П. И. Батовым: «Начните отход на Симферополь, в горы. Закройте горы на Севастополь...» Таким образом, приказание старшего начальника совпало с решением, принятым Военным советом армии и уже выполнявшимся.
Первого ноября три наши дивизии втягивались в горы. День был пасмурный, хмурый, временами с дождем. Зато войскам не досаждала неприятельская авиация. Для основных соединений армии (я не говорю о частях прикрытия) этот день обошелся без серьезных столкновений с противником.
Штаб с утра находился в селении Шумхан (ныне Заречное), невдалеке от Алуштинского шоссе. Движение войск контролировала оперативная группа. Под вечер начался артиллерийский обстрел северных подступов к Алуштинскому перевалу. Пришлось заботиться в том, чтобы на шоссе, по которому сплошным потоком шли обозы, не возникало пробок.
Что касается
трех стрелковых дивизий, то по итогам дня складывалось мнение, что через сутки они смогут выйти в долину Качи, южнее Бахчисарая, то есть достигнут первых севастопольских рубежей, представление о которых связывалось у нас в то время именно с Качей. Исходя из этого, например, дивизии генерала Воробьёва
(это и есть 95-я - прим.мое) — она теперь возглавляла общую колонну — была поставлена задача: к исходу 2 ноября занять на Каче оборону к западу от Шуры (Кудрино). В Заланкое (Холмовка) намечалось развернуть 3 ноября командный пункт армии. Мы не предвидели в тот момент, насколько осложнится все дальнейшим быстрым продвижением противника.
(...)
Противник проявил больше мобильности, чем мы ожидали, когда в ночь на 2 ноября намечали в Шумхае маршрут движения главных сил армии по долине Качи через Бия-Сала, Шуры (теперь Верхоречье, Кудрино). Как стало потом, известно, Манштейн, бросив свой 54-й корпус прямо на Севастополь, поставил частям 30-го корпуса задачу не выпустить из гор Приморскую армию. Быстро реагируя на маневр наших войск, гитлеровцы сумели занять Шуры раньше, чем туда подошли приморцы.
Попытка чапаевцев и 95-й дивизии сбить вражеский заслон днем 3 ноября кончилась тем, что южнее захваченного противником селения прорвался лишь один стрелковый полк — 31-й Пугачевский, благодаря чему он и смог выйти 5-го к Севастополю, а сутки спустя уже сражался в долине Кара-Коба.
Спешно подтянув из Бахчисарая подкрепления, противник закрыл пробитую пугачевцами брешь, и остальным нашим частям пройти здесь уже не удалось. Занял он и селение Мангуш (Партизанское). Приморцы оказались в полуокружении, под угрозой вражеских атак с трех направлений.
Таково было положение к вечеру 3 ноября, когда из Балаклавы, куда мы только что прибыли, командарм связался по радио с «Василием» и «Трофимом» (кодовые псевдонимы генералов В. Ф. Воробьева и Т. К. Коломийца). Положение это требовало от войск самых решительных действий, притом без всякого промедления. Учитывая личные качества командиров, командарм приказал возглавить дальнейший марш комдиву Чапаевской генерал-майору Коломийцу.
К утру поступили донесения о ночном бое у селения Улу-Сала (Зеленое). Там приморцы нанесли с ходу удар вставшим на их пути частям 72-й немецкой пехотной дивизии. Были захвачены 18 орудий и другие трофеи, а главное, обеспечена возможность продолжать движение к Севастополю. Замысел врага блокировать и уничтожить наши войска в горах срывался.
Однако наши тревоги на этом не кончились. И пройти оставшуюся часть пути кратчайшим или хотя бы относительно коротким маршрутом основной колонне (95-я дивизия, два стрелковых и артиллерийские полки Чапаевской и некоторые подразделения 172-й) опять не удалось.
После того как эта колонна миновала Биюк-Узенбаш (Счастливое), откуда уже совсем близко до выхода в равнинную часть долины Бельбека, противник еще раз преградил ей путь в районе Гавро (Отрадное), успев завладеть господствующими над горным проходом высотами. Однако наши войска пробились и здесь, хорошо использовав гаубицы и минометы и нанеся врагу значительный урон. 5 ноября у селений Гавро и Коккозы (Соколиное) колонна с боем вышла на шоссейную дорогу, ведущую через Ай-Петри на Южный берег Крыма.
Еще недавно казалось, что дорога эта войскам не понадобится, они ее только пересекут. До севастопольских рубежей оставалось по прямой меньше двадцати километров... Но район Ай-Тодора (Гористое) находился уже в руках противника, и успешный прорыв через него представлялся сомнительным, тем более что у артиллеристов подходили к концу боеприпасы. А перехватить ай-петринскую дорогу враг уже не мог. В сложившейся обстановке этот кружный путь сделался единственно надежным.
«Отходите быстрее на Алупку», — радировал командарм генералу Коломийцу. Навстречу колонне из Ялты высылались горючее для машин, продовольствие, фураж. Пограничники, которые еще несли дозорную службу на Ай-Петри, и партизаны, уже начавшие сосредоточиваться в горах, помогли организовать прикрытие марша.
Сроки выхода к Севастополю основных сил армии, все время отодвигавшиеся возникавшими перед войсками новыми и новыми препятствиями, 6 ноября наконец стали довольно ясными.
Как ни ждали войска под Севастополем, частям, спустившимся в ночь на 7 ноября с Ай-Петри, был разрешен короткий отдых в Ливадии. Этого требовало состояние людей, измотанных неделей труднейшего горного марша."
То есть Ливадия действительно была 7 ноября.
А убит - 1 ноября - скорее всего Холмовка, Кудрино.
Регистрация
Вход
Правила форума
Поиск
хорошо что во сне да ещё и после 100 грамм. Возможно бог его нагродил за его доброту и хорошее отношение к людям столь лёгкой смертью и долгой жизнью несмотря на вредные привычки. 
