https://nts-tv.com/news/vlasti-yalty-za ... ast-25398/
Власти Ялты зароют останки героя обороны Севастополя «между обелиском и могильной плитой»
Госкомитет по охране культурного наследия Республики Крым рекомендовал дозахоронить в существующую могилу часть останков командира Форосской погранзаставы, комиссара Балаклавского партизанского отряда Александра Терлецкого «с наименьшим нанесением ущерба плиточному покрытию».
В год 75-летия Великой Победы в Крыму разворачивается какая-то странная с точки зрения человеческой морали история. Вернее будет сказать, что в этом году эта грустная повесть заканчивается, потому что началась она ещё в 2003-м. Если коротко: 17 последних лет останки героя обороны Севастополя хоронят «по частям» в курортном посёлке Форос.
Речь идёт о человеке, принявшем на немецкой виселице 25 марта 1942 года казнь со словами «Живи, Севастополь!» О командире Форосской погранзаставы, молодом лейтенанте, который в ноябре 1941 более суток с двадцатью бойцами сдерживал немецкий моторизованный авангард, рвущийся к Севастополю. Об Александре Терлецком – комиссаре Балаклавского партизанского отряда, командире диверсионной группы, который после зверских пыток был повешен немцами в селе Скеля (ныне Родниковое), близ Севастополя. 25 марта ялтинские власти собираются сделать уже пятое по счёту захоронение героя войны.«Живи, Севастополь!»
9 ноября 1941 года двадцать пограничников под командой Александра Терлецкого вступили в бой, который длился более суток. Взорвав скалу над дорогой на Севастополь, маленький отряд, прикрывая отступление войск, дрался отчаянно, насмерть и в кровавые лоскуты. Власти Ялты зароют останки героя обороны Севастополя «между обелиском и могильной плитой»
Госкомитет по охране культурного наследия Республики Крым рекомендовал дозахоронить в существующую могилу часть останков командира Форосской погранзаставы, комиссара Балаклавского партизанского отряда Александра Терлецкого «с наименьшим нанесением ущерба плиточному покрытию».
В год 75-летия Великой Победы в Крыму разворачивается какая-то странная с точки зрения человеческой морали история. Вернее будет сказать, что в этом году эта грустная повесть заканчивается, потому что началась она ещё в 2003-м. Если коротко: 17 последних лет останки героя обороны Севастополя хоронят «по частям» в курортном посёлке Форос.
Речь идёт о человеке, принявшем на немецкой виселице 25 марта 1942 года казнь со словами «Живи, Севастополь!» О командире Форосской погранзаставы, молодом лейтенанте, который в ноябре 1941 более суток с двадцатью бойцами сдерживал немецкий моторизованный авангард, рвущийся к Севастополю. Об Александре Терлецком – комиссаре Балаклавского партизанского отряда, командире диверсионной группы, который после зверских пыток был повешен немцами в селе Скеля (ныне Родниковое), близ Севастополя. 25 марта ялтинские власти собираются сделать уже пятое по счёту захоронение героя войны.
9 ноября 1941 года двадцать пограничников под командой Александра Терлецкого вступили в бой, который длился более суток. Взорвав скалу над дорогой на Севастополь, маленький отряд, прикрывая отступление войск, дрался отчаянно, насмерть и в кровавые лоскуты. Четырнадцать жизней было положено на то, чтоб удержать перевал у Байдарских ворот, шестеро оставшихся бойцов отступили в горные леса. Смертельно уставшие, измученные жаждой, через несколько дней они вышли к партизанам. Боевая пятёрка во главе с Терлецким стала успешной разведгруппой отряда. Пограничники, прошедшие спецподготовку, были умелыми диверсантами, они провели более двух десятков серьёзных боевых операций. На общем счету группы Терлецкого – более шестисот немецких солдат и офицеров, 5 дальнобойных орудий с тягачами, несколько машин.
В феврале 42-го партизаны остались без связи и лейтенант, к тому времени уже комиссар отряда, отправился в Севастополь. Город был в плотной блокаде, но он сумел пройти, передать координаты своего соединения и запросить помощь. Но по пути назад Терлецкий с двумя радистами наткнулся на неизвестное минное поле. Радисты погибли, а раненный лейтенант в бессознательном состоянии был взят в плен. В гестапо в село Скеля, ныне Родниковое, согнали жителей окрестных поселений и устроили опознание. Командира погранзаставы знали, естественно, все сельчане, но молчали. Кроме одного, состоявшего на службе во вспомогательной полиции. Это была большая удача для немцев, ведь Терлецкий знал расположение всех партизанских отрядов, секрет принятого шифра, расписание работы радиостанций, позывные. Месяц из него безрезультатно пытались выбить эти сведения. 24 марта к церкви у Байдарских ворот привезли изуродованного, истерзанного человека, в котором несколько перепуганных женщин с трудом узнали начальника Форосской погранзаставы. Его притащили к краю обрыва, опутали верёвкой ноги и подвесили над пропастью. Он молчал. Власти Ялты зароют останки героя обороны Севастополя «между обелиском и могильной плитой".
Госкомитет по охране культурного наследия Республики Крым рекомендовал дозахоронить в существующую могилу часть останков командира Форосской погранзаставы, комиссара Балаклавского партизанского отряда Александра Терлецкого «с наименьшим нанесением ущерба плиточному покрытию».
В год 75-летия Великой Победы в Крыму разворачивается какая-то странная с точки зрения человеческой морали история. Вернее будет сказать, что в этом году эта грустная повесть заканчивается, потому что началась она ещё в 2003-м. Если коротко: 17 последних лет останки героя обороны Севастополя хоронят «по частям» в курортном посёлке Форос.
Речь идёт о человеке, принявшем на немецкой виселице 25 марта 1942 года казнь со словами «Живи, Севастополь!» О командире Форосской погранзаставы, молодом лейтенанте, который в ноябре 1941 более суток с двадцатью бойцами сдерживал немецкий моторизованный авангард, рвущийся к Севастополю. Об Александре Терлецком – комиссаре Балаклавского партизанского отряда, командире диверсионной группы, который после зверских пыток был повешен немцами в селе Скеля (ныне Родниковое), близ Севастополя. 25 марта ялтинские власти собираются сделать уже пятое по счёту захоронение героя войны.
9 ноября 1941 года двадцать пограничников под командой Александра Терлецкого вступили в бой, который длился более суток. Взорвав скалу над дорогой на Севастополь, маленький отряд, прикрывая отступление войск, дрался отчаянно, насмерть и в кровавые лоскуты. Четырнадцать жизней было положено на то, чтоб удержать перевал у Байдарских ворот, шестеро оставшихся бойцов отступили в горные леса.
Смертельно уставшие, измученные жаждой, через несколько дней они вышли к партизанам. Боевая пятёрка во главе с Терлецким стала успешной разведгруппой отряда. Пограничники, прошедшие спецподготовку, были умелыми диверсантами, они провели более двух десятков серьёзных боевых операций. На общем счету группы Терлецкого – более шестисот немецких солдат и офицеров, 5 дальнобойных орудий с тягачами, несколько машин.
В феврале 42-го партизаны остались без связи и лейтенант, к тому времени уже комиссар отряда, отправился в Севастополь. Город был в плотной блокаде, но он сумел пройти, передать координаты своего соединения и запросить помощь. Но по пути назад Терлецкий с двумя радистами наткнулся на неизвестное минное поле. Радисты погибли, а раненный лейтенант в бессознательном состоянии был взят в плен.
В гестапо в село Скеля, ныне Родниковое, согнали жителей окрестных поселений и устроили опознание. Командира погранзаставы знали, естественно, все сельчане, но молчали. Кроме одного, состоявшего на службе во вспомогательной полиции. Это была большая удача для немцев, ведь Терлецкий знал расположение всех партизанских отрядов, секрет принятого шифра, расписание работы радиостанций, позывные. Месяц из него безрезультатно пытались выбить эти сведения.
24 марта к церкви у Байдарских ворот привезли изуродованного, истерзанного человека, в котором несколько перепуганных женщин с трудом узнали начальника Форосской погранзаставы. Его притащили к краю обрыва, опутали верёвкой ноги и подвесили над пропастью. Он молчал. Наконец, его вытащили, бросили в лужу, из которой, полуживому, позволили напиться, подхватили, швырнули в машину и увезли. 25 марта его повесили на площади села Скели. Как рассказывали очевидцы, за секунды до казни над Байдарской долиной раздался грохот орудий севастопольской береговой батареи. Терлецкий повернул голову в сторону фронта, и притихший народ услышал его последние слова: «Живи, Севастополь!»…С тех пор, с того самого дня 25 марта 42-го года, останки этого молодого и отчаянного мужика не найдут окончательного упокоения. Сразу после казни немецкие власти несколько дней запрещали селянам подходить к виселице, затем, наконец, сами сняли тело, и зарыли на окраине. После освобождения Крыма местные жители перезахоронили Александра Терлецкого на опушке леса и поставили небольшой памятник.
В 1963 году могилу отыскала оставшаяся в живых жена лейтенанта Терлецкого. По её просьбе пограничники перезахоронили прах героя в Форосском парке, недалеко от погранзаставы, которой командовал Александр в 41-м.
МАРИНА РИКМЭН, жительница посёлка Форос: «И она сказала: мне это место нравится, потому что здесь видна церковь, где его пытали, сбрасывали фашисты. И здесь видна пограничная застава. И она попросила, чтобы из Родникового перенесли сюда, в 1963 года. И было торжественное перезахоронение. Присутствовали соратники-партизаны, общественность посёлка Форос».
Это было тихое место, между небом, морем и молчаливыми столетними соснами – наверное, лучшее место для последнего пристанища на земле для человека, ушедшего когда-то в небеса из адова пекла битвы за Севастополь.
Но живым и богатым место оказалось нужнее, а соседство со скромной могилой не понравилось.
МАРИНА РИКМЭН, жительница посёлка Форос: «В 2002 году директором, то есть владельцем санатория был Виктор Пинчук – зять Кучмы. Ему приглянулся этот бугор, для того, чтоб построить себе коттедж. Мы с вами уже видели там недостроенные четыре коттеджа».
И 7 августа 2003 года ялтинские власти, заручившись поддержкой украинского кабмина, поволокли останки Александра Терлецкого на новое место, уже в четвёртую могилу в его жизни, верней – в его смерти. Глава Ялты Брайко издал распоряжение о создании внушительной и авторитетной комиссии по перезахоронению, предписал актировать начало и окончание работ и так далее.
В действительности же останки и памятник перетащили втихаря и в спешке, не привлекая лишнего внимания.
ДМИТРИЙ МАЦУКОВ, житель посёлка Форос: «Я подошёл, было уже темно, спустился вот с этой лестницы. Увидел, что здесь стоит автокран, светит прожектор с автокрана и «шаланда» КАМАЗа. На КАМАЗе уже лежал памятник и надгробная плита. Прожектор светит им. Я спросил: что вы тут делаете, ребята? А они спрашивают: ты местный, отец? Да, говорю. А вы не знаете, здесь был захоронен кто-то? Говорю – да. А утром уже, в полшестого утра я шёл на работу, смотрю – уже стоит памятник там, возле Братской могилы».
На следующий день на новое место перенесли и останки. Госком по охране культурного наследия Крыма в официальном ответе сообщил редакции «НТС», что перенос памятника и перезахоронение останков осуществила комиссия ялтинского КП «Комбинат благоустройства» (похоронная контора, проще говоря).
Госпожа Переверзева – нынешний заместитель главы Ялты, а в 2003 году – начальник Управления культуры, чиновница, которая тоже должна была отвечать за перезахоронение, сообщила сейчас, что кроме могильщиков там были ещё и милиционеры. На деле же, как говорят свидетели, в «комиссии» были только землекопы и сотрудники санатория.
МАРИНА РИКМЭН, жительница посёлка Форос: «7-го августа директор санатория вызвал своего агронома и попросил: идите, пожалуйста, проследите за актом эксгумации. Она пришла и увидела, что здесь четверо рабочих копались. Присутствовали только сотрудники этого парка – рабочие парка, и вот эта агроном. Никаких представителей из ялтинской администрации здесь не было. У нас есть просто показания, где она сообщает, что ей просто показали чёрный мешок с белыми костями. И никаких - нового гроба, как положено, комиссии, каких-то торжеств».
«Кости с почестями собраны в целлофан». Но не все
Собственно, два года назад такой убогий формат перезахоронения в 2003 году подтвердил специалист Госкомнаследия Крыма Александр Барановский на встрече с общественностью Фороса. Чиновник зачитал Акт, составленный тогда похоронной командой.
АЛЕКСАНДР БАРАНОВСКИЙ, специалист отдела Государственного комитета по охране культурного наследия Республики Крым (2018 год): «Мы, нижеподписавшиеся, комиссия в составе: начальника комбината «Благоустройство» Комарова, землекопов комбината «Благоустройство» Быстрова и Соляника составили настоящий Акт в том, что на основании Распоряжения №403-Р от 12 от 12 июня 2003 года. 7 августа 2003 года приступили к перезахоронению останков Терлецкого. На глубине полтора метра обнаружен истлевший гроб и человеческие кости. Кости с почестями собраны и сложены в целлофан, в могиле найдены два ботинка размера 42. Могила закопана. Останки перезахоронены на вновь создаваемой Аллее героев».
Всё произошедшее в 2003 году, все эти тайные и быстрые похороны, без положенных по закону воинских почестей, тогда весьма возмутили форосскую общественность. Но ялтинские власти плевать на всё это хотели – в то время на Украине уже входили в историю другие герои.
В 2018-м, наконец, общественности удалось достучаться уже до новой власти и в очередной раз высказать сомнение в качестве той шустрой эксгумации останков. В 2019-м к делу привлекли Восточно-Крымский центр военно-исторических исследований, поисковикам разрешили вскрыть старую могилу. На её дне обнаружили остатки стенок гроба, обитого красной тканью, кости, зубы, фрагменты позвонков…
Однако, учитывая невероятную скорость похоронной команды, которая меньше, чем за час, по словам того самого агронома санатория, справилась с эксгумацией, я всё же поставлю под сомнение качество и тщательность работы. Хотя, да, это не халатность. Это беспредельное равнодушие.
15 января 2020 года найденные в старой могиле останки передали на хранение в Храм Воскресения Христова. В ту самую Форосскую церковь на Красной скале, где 78 лет назад принимал муки молодой лейтенант Терлецкий, которому был тогда всего 31 год.
Ялтинские власти заявили, что «в рамках подготовки к празднованию 75-летия Великой Победы» дозахоронят найденные части в «новой» могиле. Об этом «НТС» сообщил Глава городской администрации Иван Имгрунт. Пятое по счёту в судьбе Александра Терлецкого захоронение будет торжественным, с приглашением ветеранов, пограничников и общественности Фороса. Но только – «между обелиском и могильной плитой», не поднимая надгробия. Просто сделают шурф и зароют – «в ямку закопал, надпись написал». Ибо Госкомнаследия Крыма так рекомендует.
Первый заместитель председателя этого ведомства Александр Диденко сообщил нам, что с 2016 года могила начальника Форосской погранзаставы – это объект культурного наследия регионального значения. Поэтому «мероприятия <по дозахоронению> должны проводиться с наименьшим нанесением ущерба плиточному покрытию на месте захоронения, между обелиском и могильной плитой, с последующим восстановлением плиточного покрытия». Оказывается, розовенькая тротуарная плиточка, а не память человека, погибшего за эту землю – достояние Республики Крым, на самом деле.
Форосская общественность вновь возмутилась, вновь начала переписку с чиновниками и ведомствами.
МАРИНА РИКМЭН, жительница посёлка Форос: «Вот это – апофеоз отписок. Все отписки, которые приходили – из администрации Ялты, из Совмина, из Госсовета, из прокуратур – они сделаны под копирку. Вызывает недоумение, что в Год Памяти и Славы, в год юбилейный вот такое отношение к герою Великой Отечественной войны».
Всё, чего сегодня хотят форосские общественники – это с положенными почестями и церемониалом дозахоронить найденные останки Александра Терлецкого, брошенные в прежней могиле. Но это вполне нормальное, естественное требование разбивается вхлам о розовую тротуарную плиточку, столь ценную чиновникам из охраны крымского культурного наследия.
ЕВДОКИЯ МАЦУКОВА, жительница посёлка Форос: «В 2003 году не было почётного захоронения. Поэтому, всё, что мы нашли 8 июня 2019 года на старой могиле – поисковиками было найдено и общественностью – всё, что было найдено, эти фрагменты - не под плитку между надгробной плитой и обелиском. А чтоб была поднята надгробная плита, как положено. И чтобы у нашего Александра Степановича Терлецкого была настоящая могила, а не просто сделали подкоп. Он заслуживает! Он герой!»
А ещё чиновники в своих ответах общественникам и журналистам, все, как один, ссылаются на пожелание внучатого племянника Александра Терлецкого захоронить найденные останки «без поднятия плиты». И пафосно цитируют строки его письма:
«…Сколько можно тревожить останки деда?!»
Родственник Александра Степановича подтвердил нам такое решение, и это было очень эмоционально сказано. Племянник напомнил, что в 2003 году семью никто не спросил, не пригласил на перезахоронение – просто взяли и перетащили останки, в угоду зятю Кучмы. Поэтому – оставьте деда в покое, и его в этом понять можно. Его, но не прикрывающихся мнением родственников Терлецкого чиновников, потому что рекомендации Госкомитета по охране культурного наследия Крыма о бережном отношении к тротуарной плитке они приняли к действию ещё 3 июля 2019 года. А мнением внучатого племянника поинтересовались только 28 ноября. Вот такая грустная и странная с человеческой точки зрения история происходит в Крыму накануне юбилея Победы.
Погребение останков Александра Терлецкого в могильном шурфе состоится 25 марта, торжественное мероприятие уже стоит в плане городских властей. Интересно, кто-то из них, ответивших нам – глава администрации Имгрунт, его заместитель Переверзева, председатель Горсовета Шимановский – они там давно были, на могиле героя войны?
Или они в день 78-й годовщины его казни придут к перекошенному обелиску с полустёртыми буквами, выцветшей фотографией и загаженной птицами надгробной плитой, со вздыбленной корнями сосен плиткой вокруг? Впрочем, именно в такой антураж идеально впишется способ «между обелиском и могильной плитой».
Елена Анисимова
Отправлено спустя 29 минут 7 секунд:
[media=]
[/media]
Регистрация
Вход
Правила форума
Поиск
